Forbes India оценил состояние основателя Perplexity Аравинда Шриниваса в $2,1 млрд. В 31 год он дебютировал в мировом списке миллиардеров Forbes как самый молодой индиец в нём. Об этом сообщает RB.RU в материале о карьере предпринимателя. Для рынка ИИ-поиска это важный сигнал: компания, бросившая вызов Google, превратила своего основателя в одного из самых молодых миллиардеров мира.
Откуда он родом и как начинался путь
Шринивас вырос в Ченнаи — одном из главных центров индийского автопрома, который за концентрацию автозаводов прозвали «индийским Детройтом». Его мать работала в центральном правительстве Индии, отец — бухгалтером. В интервью 2026 года Шринивас называл свою семью нижним средним классом по индийским меркам.
Мать хотела, чтобы сын поступил в Индийский технологический институт (IIT) в Мадрасе — один из ведущих технических вузов страны. Инженеров среди родственников ещё не было, поэтому такое образование стало бы для семьи подъёмом на ступеньку вверх.
Он поступил на электротехнику, а друзья, с которыми готовился, — на компьютерные науки. После первого семестра Шринивас попытался перевестись к ним, но ему не хватило 0,01 среднего балла. После неудачи он замкнулся и взялся программировать из злости — хотел доказать, что компьютерные науки ему по силам.
Он осваивал Python по онлайн-лекциям и участвовал в соревнованиях на Kaggle — платформе с задачами по анализу данных и машинному обучению. На третьем курсе попросился на курс машинного обучения профессора Баларамана Равиндрана. Тот предупредил, что электротехникам здесь обычно трудно, но Шринивас, по собственным словам, показал лучший результат в группе. Помогли самостоятельная подготовка и знания с факультета: обработка сигналов, линейная алгебра, теория вероятностей.
«Образование — не событие, которое однажды заканчивается. Можно остановиться, а можно продолжать учиться всю жизнь».
После курса Равиндран взял Шриниваса в исследовательскую группу. Эта работа принесла ему первые научные публикации и стажировку у одного из ведущих мировых специалистов по ИИ Йошуа Бенжио в Монреале. Тот написал Шринивасу рекомендацию для поступления в Беркли — Аравинда приняли.
Беркли: как попасть в переполненную лабораторию
Поступить в Беркли и попасть в лабораторию Питера Аббила оказались разными задачами. Шринивас хотел работать именно с профессором, который занимался искусственным интеллектом и робототехникой. Но ещё до переезда в США Аббил предупредил: группа уже переполнена, а времени на ещё одного аспиранта у него может не хватить.
Отказываться от Беркли Шринивас не стал. Он предложил профессору сделку: всё равно приехать, полгода работать вместе, а потом решить, стоит ли брать его в лабораторию. Аббил позднее рассказывал, что при встречах регулярно спрашивал аспиранта, спит ли тот вообще: Шринивас успевал сделать подозрительно много. Тот отвечал, что не может позволить себе отдых, пока официально не попадёт в лабораторию. Через полгода Аббил его принял.
«До своей первой по-настоящему оригинальной идеи нужно ещё дорасти».
OpenAI, DeepMind и Google: три лаборатории до защиты диссертации
После первого года аспирантуры появился следующий уровень. Джон Шульман, один из основателей OpenAI и выпускник лаборатории Аббила, заметил работы Шриниваса и пригласил его на летнюю стажировку. В 2018 году Аравинд приехал в OpenAI уверенным, что уже неплохо разбирается в своей области, — и быстро обнаружил обратное. По его воспоминаниям, другие исследователи работали заметно быстрее, а в компании в это время создавался первый GPT.
«Я считал себя одним из лучших молодых исследователей, а там [в OpenAI] меня просто разгромили».
Особенно на Шриниваса повлияло общение с Ильёй Суцкевером, который тогда руководил исследовательской работой OpenAI. Аравинд пришёл к нему со своими идеями, но Суцкевер предложил смотреть на проблему проще: сочетать генеративное обучение с обучением с подкреплением и масштабировать вычисления.
Вернувшись в Беркли, Шринивас фактически сменил исследовательский курс. Около полугода он почти не занимался собственными исследованиями: читал работы по генеративным моделям и обучению без учителя, учился запускать модели на нескольких GPU и работать с большими объёмами данных. Уже весной 2019 года он вместе с Аббилом и другими исследователями преподавал в Беркли продвинутый курс Deep Unsupervised Learning.
Новый фокус быстро дал результат. Работы Шриниваса заметили в DeepMind и пригласили его на стажировку. В 2019 году он работал там над контрастивным обучением, а в 2020-м перешёл на стажировку в Google, где почти год занимался моделями компьютерного зрения. За несколько лет аспирантуры Шринивас прошёл через три лаборатории, определявшие развитие ИИ, — OpenAI, DeepMind и Google — ещё до того, как защитил диссертацию в Беркли.
Уход из OpenAI и запуск Perplexity
Защитив диссертацию в Беркли, 27-летний Аравинд вернулся в OpenAI — уже не стажёром, а исследователем. Но продержался меньше года: летом 2022-го он ушёл, чтобы создать собственную компанию.
«Некоторые люди просто не годятся для работы по найму. Они не слушают, что им говорит начальник. Я один из них».
Позднее Шринивас объяснял уход именно нежеланием работать внутри чужой иерархии. Ему хотелось самому выбирать, над какими задачами работать и в какую сторону двигаться. Предпринимательство он видел как возможность менять мир так, как сам считает правильным.
Совсем без внешнего контроля не получилось: место начальника заняли пользователи. Шринивас рассказывал, что каждый день читает сотни сообщений с критикой Perplexity — от «продукт ужасен» до замечаний о конкретных функциях. Для него это способ постоянно напоминать себе, что работа ещё не закончена.
Первые идеи собственной компании он обсуждал с технологическим инвестором Эладом Гилом. Аравинд хотел строить поисковик для умных очков, но Гил посоветовал начать с задачи, которую сможет решить маленькая команда. Шринивас совет принял.
Как устроен продукт и как он встраивается в привычки
В Беркли Шринивас привык подкреплять утверждения в научных статьях источниками или результатами экспериментов. Вместе с сооснователем Денисом Яратсом он перенёс тот же принцип в Perplexity: сервис должен не только давать готовый ответ, но и показывать, на чём он основан.
Мать Шриниваса плохо формулировала запросы по-английски и жаловалась сыну, что Perplexity отвечает ей не по делу. Первой реакцией Аравинда было объяснить, как нужно правильно задавать вопросы. Потом он одёргивал себя: почему это она должна учиться разговаривать с продуктом, а не продукт — понимать её?
Шринивас хорошо знал историю Google и особенно ценил принцип её сооснователя Ларри Пейджа, описанный в книге Стивена Леви «В сети: как Google думает, работает и меняет нашу жизнь»: пользователь не ошибается.
«Хороший продукт должен позволять пользователю лениться больше, а не меньше».
К 2025 году Шринивас столкнулся с проблемой, которую нельзя было решить только качеством продукта. Человек мог сколько угодно хвалить Perplexity, а потом по привычке открыть Chrome и снова задать вопрос Google. Убеждать миллионы людей каждый раз делать другой выбор было бессмысленно.
Шринивас решил менять не привычку, а точку входа в неё. Летом 2025 года Perplexity запустила собственный браузер Comet, где её поиск был встроен по умолчанию. Для Аравинда это был способ оказаться рядом с пользователем ещё до того, как тот решит, каким поиском воспользоваться.
«Даже если один процент пользователей Chrome сделает Comet браузером по умолчанию, для нас это будет огромной победой».
Ту же логику Шринивас использовал и в Индии. Вместо того чтобы ждать, пока люди сами найдут Perplexity, он договорился с одним из крупнейших операторов страны Bharti Airtel и встроил доступ к сервису в уже существующую пользовательскую привычку.
Предложение за Chrome и суд с издателями
Шринивас не любит ждать, пока возможность станет официальной. В 2025 году он предложил Google $34,5 млрд за Chrome. Браузер при этом никто не продавал. Шанс появился из-за антимонопольного дела в США: Минюст требовал обязать Google расстаться с Chrome, а суд ещё не решил, станет ли продажа частью наказания. Предложенная сумма превышала тогдашнюю оценку самой Perplexity. Вопрос о том, согласится ли Google, существовал только теоретически — компания даже не собиралась продавать браузер.
Суд отказался требовать от Google продажи Chrome. Сделка так и не стала возможной.
С ростом Perplexity подход «быстро собирать новое из того, что уже существует» упёрся в вопрос, который нельзя решить одной инженерией: что получают те, на чьём труде строится продукт? Perplexity отвечает на вопросы, опираясь в том числе на журналистские материалы. Пользователь может прочитать готовый ответ, увидеть ссылку — и так и не перейти на сайт издания.
В октябре 2024 года издатели The Wall Street Journal и New York Post подали на Perplexity в суд. Они утверждали, что сервис воспроизводит их материалы, уводит аудиторию и в отдельных случаях приписывает газетам то, чего они не публиковали. Шринивас спорил с претензиями, но саму зависимость от журналистики признавал.
«ИИ помогает создавать лучший интернет, но издателям всё равно нужно платить».
Ещё до иска он начал предлагать издателям долю доходов, которые Perplexity получает благодаря их материалам. Позже компания запустила отдельную программу выплат партнёрам. Компромисс устроил не всех: иск Dow Jones и New York Post продолжился.
Личная сторона и отношение к риску
Шринивас женат и называет семью своей системой поддержки. По его словам, жена взяла на себя многое из того, что происходит дома, но важнее для него моральная опора: с ней можно говорить о том, что сложно вынести на разговор с коллегами.
«Когда кажется, что ты на вершине мира, кто-то должен вернуть тебя на землю. Моя жена делает это для меня».
Работа у Шриниваса почти всегда выигрывала конкуренцию за время. Ещё во время короткой стажировки в Бангалоре он позднее сожалел, что практически не увидел город: вместо этого сидел в квартире и работал. В Беркли профессор спрашивал, спит ли он вообще. Став CEO, Аравинд признавался, что давно не был в нормальном отпуске.
В 2025 году на встрече в Школе бизнеса Хааса Калифорнийского университета в Беркли ему задали вопрос: если бы в жизни появилась одна дополнительная неделя, на что он бы её потратил? Шринивас признался, что всё равно продолжил бы работать, но постарался бы провести эту неделю с родителями, потому что и так видит их слишком редко.
Своим прошлым он объясняет и отношение к риску: первоначальные ожидания семьи он уже превзошёл настолько, что защищать достигнутое из страха потерять всё ему кажется бессмысленным.
«Мне трудно мотивироваться богатством. Хочется мотивироваться влиянием».
Что это значит
История Шриниваса показывает, что в текущем цикле ИИ капитал основателя может формироваться очень быстро: от аспирантуры и стажировок в ключевых лабораториях до миллиардной оценки за несколько лет. При этом материал RB.RU фиксирует не только рост состояния, но и ограничения модели Perplexity — зависимость от журналистского контента, судебные претензии издателей и необходимость встраиваться в уже существующие пользовательские привычки. Оценка в $2,1 млрд отражает ожидания рынка, а не гарантированный результат, и то, как компания решит вопрос с правообладателями, остаётся открытым.
Комментарии · 0
Войдите, чтобы участвовать в обсуждении.